Россия / Адыгея / 12 июнь 2018

Иранкараптэ, Япония

Иранкараптэ,  Япония!   «Иранкараптэ! Позвольте нежно прикоснуться к вашей душе!» - приветствие на языке айнов.
Диалог культур древних народов: Интервью Замудина Гучева



Замудин Гучев - мастер-исследователь традиционного искусства адыгов, заслуженный художник Республики Адыгея, преподаватель фольклорного отделения Адыгейской республиканской детской школы искусств им. К.Х.Тлецерука,  автор уникальных изданий по адыгской культуре: «Искусство адыгской циновки» (1990 г.), «"Учимся играть на шичепщине"(2014 г.), энциклопедическое издание «Атлас черкесского (адыгского) шичепшина» (2017 г.) и др.
- Диалог культур адыгов и айнов. С чего всё начиналось?  Как закладывалось сотрудничество с Центром изучения айнов и коренных народов Японии?
З.Г.: На самом деле, всё началось с того, что профессор Хоккайдского университета, научный сотрудник Центра изучения айну и коренных народов, который занимался исследованием музыкального инструмента тонкорри, Ицудзи Тангику увидел в интернете мой репортаж о шичепшинах. Оказалось, тонкорри внешне  похож на шичепшин, и это стало отправным началом его научного интереса. Затем весной 2016 года он вместе с музыковедом Чико Тангику посетили республику с целью изучения культуры и музыкальных традиций адыгов. Так началось их этнографическое изучение, сравнение двух инструментов, фольклора и культуры в целом двух древнейших народов.
- В январе этого года Вы участвовали в международных проектах Центра изучения айнов и коренных народов «Продвижение культур» и «Музыкальные инструменты Евроазии» в Хоккайдском государственном университете г. Саппоро. Как Вас там приняли? Насколько интересна японцам адыгская культура? 
З.Г.:  Эта интересная и познавательная во всех отношениях поездка – результат моей деятельности в области ревитализации, то есть возрождения к жизни музыкальной традиционной культуры адыгов, начавшаяся еще 30 лет назад. Итоги этой деятельности заинтересовали  Центр изучения айнов и коренных народов, который пригласил меня и доктора филологических наук, профессора, заведующую Центром адыговедения Адыгейского госуниверситета Раису Унарокову прочитать лекции в Хоккайдском университете г. Саппоро в январе этого года в рамках международных программ «Продвижение культур» и «Музыкальные инструменты Евразии». Наша адыгская культура оказалась в орбите интересов этого Центра, и они профинансировали всю нашу поездку от начала до конца. То, как нас принимали, определялось их большим интересом к адыгской культуре в целом. 

Хронологически, наша поездка в Японию началась с аэропорта Нарита, где мы впервые соприкоснулись с японской культурой и самобытностью этой далекой от Адыгеи страны. Конечно, мы сразу стали сравнивать с нами самих людей. А было с чем сравнить! В Японии все живут внешне одинаково. Она не похожа на те страны, где мне приходилось бывать. С первых минут бросается в глаза непривычная для российского жителя чистота и опрятность. Удивительно было и то, что в Саппоро лежал снег, а в Токио была уже настоящая весна.
Сам Центр является частью Хоккайдского университета и располагается на его живописной территории,  недалеко от железнодорожного вокзала Саппоро. Это настоящий университетский городок, где учатся более 18000 студентов, и работают 2000 преподавателей. Мы выступили там с лекциями в рамках международных проектов Центра, каждый со своей темой. Я подготовил доклад «Черкесские (адыгские) музыкальные инструменты», а Рая Унарокова – «Фольклор айнов и адыгов: типологические параллели». Основными слушателями были преподаватели университета, лингвисты, антропологи. 
В своем докладе я представил адыгские народные музыкальные инструменты и остановился на струнно-смычковых хордофонах, а также провел экскурс по схожим с шичепщином инструментам других народов, начиная с Южной Кореи, Китая, Монголии, Тувы, Средней Азии, Индии, переходя ближе к Кавказу, то есть к странам Закавказья: Армении и Азербайджану, где такой же смычковый инструмент, как в Средней Азии – кеманча, народам Северного Кавказа: Дагестану Чечне, Ингушетии и Осетии, и завершая жителями Черноморского побережья, понтийскими греками и шапсугами. Надо отметить, что у айну тонкорри – этощипковый инструмент. 
Но прежде я рассказал об адыгах, сделав подробную презентацию с фото и видеоматериалами, где представил то, что ярче характеризует нас иближе японцам, а именно природа Кавказа, мужской и женский черкесский костюм, коневодство, оружие, прикладное искусство, спорт. Я заострил внимание на сходстве в спорте, а конкретно в дзюдо. На международных играх на татами (циновка) встречаются адыгские и японские дзюдоисты. И черкесы часто берут верх, хотя, казалось бы, именно Япония – родина этого вида спорта. И это благодаря основателю школы дзюдо в Адыгее, великому адыгскому тренеру по дзюдо Якубу Коблеву. Всего в мире 3 института по дзюдо: в Японии, Адыгее и Франции. Из них вторым институтом после Японии была Адыгея. Кроме того, я назвал также всемирно известных черкесских деятелей: знаменитого дирижера Юрия Темирканова, выдающегося физика Мурадина Кумахова, обратил внимание на то, что это является результатом  мощных корней Адыгского родового древа жизни, хотя наш народ и разбросан по всему миру. 

Надо сказать, что, будучи в Японии, я везде ходил в черкеске, подчеркивая свою национальную принадлежность, и лекцию читал в черкеске. Спасибо большое художественному руководителю ансамбля «Нальмэс» Аслану Хаджаеву, который и приодел меня. Конечно, она заинтересовала слушателей, было много вопросов. Задавали вопросы и по газырям, и по головному убору. Из этого я вынес мысль, что пора бы иметь собственную черкеску, как дань нашей культуре и нашим предкам. Вокруг черкески выстраивается масса событий, и ей уделяется много внимания, что показал мой визит в страну кимоно. Быть в черкеске, носить папаху обязывает ко многому!!!  
Так же сильно заинтересовал японцев и доклад Раи Унароковой, который был посвящен сравнению фольклорной культуры айнов и адыгов. В качестве примера она взяла Нартский эпос и эпос айнов «Юкар», а также поучительную адыгскую народную сказку  о зайце, поскользнувшемся на льду, который пытается узнать, кто сильнее всех, и самым сильным оказывается кот. У айнов есть похожая сказка, но о волке, а самым сильным у них оказывается человек. Одно из свидетельств древности происхождения адыгского сюжета (основным победителем оказывается животное, а не человек) в сравнении с айнским.
- Две культуры -адыги и айны, на Ваш взгляд, в чем их сходство и различие? И насколько сходны Кодекс японских самураев с Адыгским кодексом чести «Уэркъ Хабзэ»? 

З.Г. За короткое время пребывания на острове Хоккайдо,называвшемся в прошлом Эдзо, родине айнов, нам удалось ознакомиться с их историей, бытом и культурой в первый день пребывания в Саппоро, посетив Хоккайдский этнографический музей.   Весь первый этаж музея посвящен айну. И там мы увидели знакомые и даже привычные для адыгов предметы культуры. Среди них и снегоступы, циновки, предметы быта, оружие. Примечательно, что айны использовали свои циновки как парус для лодок, рассчитанных на 8-10 человек. Значительным событием для нас стала поездка в музейный комплекс «Поротокотан» в городе Сираой на побережье Тихого океана. Здесь мы ощутили всю полноту айнской культуры: это и традиционная архитектура, и одежда, и хореография, и песнопение, и игра на музыкальных инструментах, и ремесла, и верования. И все это в естественной среде. 

С первого взгляда в глаза бросаются сходства и различия между нашими культурами. Особенно хочу выделить искусство плетения циновок, называемых айнами читарапэ.  Изготавливаются циновки у айнов, как и у адыгов, из рогоза, да и цвета не сильно отличаются. Орнаментальный строй, как и у адыгов, звучит монументально. Орнамент, как у нас, так и у них геометрический. В цветах предпочтение отдается, как и у нас, естественному охристому цвету рогоза, а при крашениибордовому и черному. Кроме того, наблюдается сходство и в использовании циновок у айнов и адыгов: они висели на стенах, лежали в люльке - качалке, на полу, применялись в ритуалах. Циновка - обязательный элемент праздника, посвященного главному тотему айнов медведю, считавшемуся «горным человеком». Кроме того, циновка являлась обязательным предметом домашнего и общественного алтаря, на который ставили ритуальные предметы, и, как и у адыгов, на ней развешивались оружие и музыкальный инструмент тонкорри. 
Если говорить о различиях, то отмечу:  айны любят плести циновки более цветасто, нежели адыги, испособ плетения разный. Так, адыги плетут по вертикали, а айны по горизонтали. Адыги в процессе плетения циновок используют бердо (уплотнительный брусок с отверстиями), а айны вообще его не используют.  В этом нет необходимости, ввиду того что они не заплетают листья рогоза в основу, а перевязывают листья,  перекидывая шнуры основы, намотанные на камни – грузила - через верхнюю перекладинустанка для плетения. Такой способ плетения наиболее архаичен. Помимо циновок, очень похож и способ изготовления домотканого сукна. Правда, если адыги в прошлом для этого использовали овечью шерсть, то айны - древесный или крапивный луб.

Другим примером сходства в культуре двух народов является холодное оружие. У айнов сабля похожа на японскую катана. По кривизне та сходна с шашкой. Айны предпочитали воевать с луком и стрелами, и считали зазорным использовать холодное оружие. Впрочем, как и адыги в свое время считали зазорным стрелять из ружья, за что наш народ заплатил высокую цену, как и айны. 
Сегодня айнская шашка часть ритуального танца. Примечательно, что в танце исполнитель направляет лезвие меча не от себя, а на себя, размахивает ею вперед, как бы отгоняя злых духов. У адыгов не было такого ритуала. Однако ими использовался кинжал во время свадьбы: острием кинжала с невесты снимали покрывало. Во время обряда ввода невесты в дом ее проводили под перекрещенными двумя кинжалами. 

Связывают два народа и их народные музыкальные инструменты. Сходство внешних признаков убедительны и касаются некоторых форм адыгских шичепшинов. Они имеют кинжаловидную форму. Однако тонкорри — это щипковый инструмент, шичепщин же относится к смычковым. Оба являются аккомпанирующими инструментами. Отличается и материал, из которого делали струны: у айнов – волокно крапивы, а у нас – конский волос. Надо отметить, что тонкорри сохранили сахалинские айны, которые в конце Второй мировой войны, после передачи острова Сахалин Советскому Союзу перебрались на остров Хоккайдо, а вместе с ними и инструмент. У айну тонкорри делали мужчины, как и у адыгов. И в каждой семье пели только свои песни. Тогда как у адыгов исполнители пели разные песни разных народных сочинителей, и все песни являлись достоянием  всего народа. 

В музее мы узнали, что у айнов было табу рисовать живые существа. А все те картины с людьми, что мы увидели в музеях Хоккайдо, относящиеся к разным эпохам, были написаны японскими художниками.
На самом деле, у адыгов больше сходства не с айнами, а с японцами. Это и этикет, и оружие (сэшхо и катана),  кодекс самураев «Бусидо» и Кодекс чести адыгских дворян «Уэркъ хабзэ», взаимоотношение младших и старших. Наблюдается сходство и в женских национальных костюмах: это 1эшъхьэбэлагъ – большие декоративные рукава с национальным адыгским орнаментом, вышитые золотом, а у японцев – кимоно аристократок с длинными и широкими прямоугольными рукавами, украшенными растительным орнаментом. Особенно это было заметно в театре Кабуки. Эта деталь  женской одежды требует более глубокого рассмотрения. Мой  совет адыгским дизайнерам национальной одежды обратить особое внимание на эту деталь, выделяющую адыгский женский костюм из одежды других народов Кавказа. Не утерять бы это уникальное творение народных дизайнеровпрошлого с его таинственным смыслом!
Сходство между нашими народами есть и в том, что в Японии, как с недавних пор и в Адыгее, празднуется День национального костюма. И это проходит в день цветения сакуры, когда все надевают свои грациозные и изящные кимоно и деревянную обувь гэта, схожую с адыгскими котурнами (пхъэцуакъэ) и выходят на праздничную прогулку. Надо подчеркнуть кимоно в Японии производится на фабриках, их можно приобрести по доступным ценам как для себя, так и в качестве подарка. Хотелось бы, подобно этому опыту, чтобы было и у нас, в Адыгее. Надо сказать, что аутентичные кимоно, изготовленные известными дизайнерами, тоже имеются в продаже, но они доступны не всем.

- 2018 год – год Японии в России и России в Японии . У Вас была возможность внести свою лепту вразвитие отношений между двумя странами и даже продемонстрировать особенности одного из народов Российской Федерации. Какой опыт Вы предложили бы перенять у японцев в отношении поддержки культуры таких народностей, как айны, которые на самом деле проживают на Японских островах с древнейших времен? 
З.Г.: Япония – страна ультрасовременная, которая, тем не менее, обращает свои взоры на традиции народов, проживающих на её территории, стремится сохранить всё с сознанием того, что это животворный источник ее успехов и в мировой экономике. Всё то, чего они достигают, касается вековых традиций народов Японии, их отношения к своим предкам, своей культуре и культуре других народов. Конечно, у них есть и свои черные страницы в истории, особенно в период японской империи, Но империя, достигнув своих высот и утвердившись, пытается осознать свои ошибки. Так, в Японии не боятся писать, что айны стали жертвами японской колонизации. Не всякая великая страна так может сделать. В России пока такое не наблюдалось. А исторически японцы вытеснили айнов к северу, и сегодня этот древнейший народ малочислен и проживает на Сахалине, острове Хоккайдо и частично на других островах. В результате исследования культуры айнов, японцы обратили внимание и на нас, адыгов.
Центр изучения айнов и коренных народов Хоккайдского университета существует  около 10 лет и активно занимается ревитализацией культуры айнов, которых в Японии проживает около 25 000 человек. Айны не имеют своей письменности, во второй половине ХХ века японцы разработали для них алфавит. Большинство айнов уже давно ассимилировались, за исключением небольшого числа. Исследовательская работа Центра возвращает их к истокам. В этом плане адыгам повезло больше. У нас процесс угасания языка был заторможен и даже остановлен в советское время. Теперь у нас есть своя письменность, своя республика, свои государственные учреждения, научные и образовательные институты. Хотя они на сегодняшний день перестают оказывать существенное влияние на все аспекты сохранения и дальнейшего развития нашего народа. На наших глазах исчезает один из древнейших языков мира - черкесский язык, один из главнейших показателей национальной идентичности. Японский опыт был бы очень мудрым, своевременным и полезным для России и Республики Адыгея. Сегодня очень важно изменить отношение к традиционной сокровищнице культуры адыгов, активней вводить её в нынешнюю жизнь. Конечно, подобное театру Кабуки сиюминутно невозможно создать, но нам ничто не мешает создать Хачещ традиционного песнопения и инструментальной музыки, благо у нас уже имеется десятилетний творческий опыт ансамбля аутентичного песнопения «Жъыу» по организации таких хачещей.  
Сегодня айны - это своеобразный бренд  Хоккайдо, хотя там проживает около  25 тысяч из 6 миллионного населения острова. Государство стремится сделать всё, чтобы притянуть разные страны к этому острову, и теперь культура айну стало его лицом. Выпускается сувенирная и рекламная продукция с символикой этого древнейшего народа. Даже элементарный скотч производится с орнаментом айнов. И хотя там нет многочисленных туристов, за счет государства осуществляется продвижение культуры этого древнейшего народа. В Японии создан специальный фонд по поддержке культуры айнов. И такой опыт был бы полезен и для нас.
- Что Вас впечатлило больше всего во время пребывания в Японии? Были ли Вы в национальном японском театре Кабуки?
З.Г.: Во время поездки в Японию мы посетили несколько музеев, которые произвели на нас неизгладимые впечатления. Это и  музейный комплекс айнов «Поротокотан» в городе Сираой на острове Хоккайдо, где расположен так называемый «этнической город айну», и  Музей западного искусства, где мы соприкоснулись с великим Хокусаем, и Музей музыкальных инструментов народов мира Университета искусств, и Этнографический музей микрорайона Кото в Токио. Кроме того, мы передали в дар уникальное энциклопедическое издание «Атлас черкесского (адыгского) шичепшина» Национальной библиотеке Парламента  Японии и Этнографическому музею города Осака. Этому же музею были переданы также и черкесские народные инструменты: шичепшин, камыль и пхачичи. 
В музее айну «Поротокотан», где «котан» -  село или селение, а «порото» - большое озеро, в целом оно обозначает «село у большого озера», стоят 8 аутентичных домов из камыша и одно музейное здание, построенное из современных строительных материалов, но в традиционном айнском стиле. Внутри домов стены увешены циновками. Первый дом - своеобразный «Хачещ» предназначенный для туристов. Он рассчитан где-то на 50 человек, в нем располагается сцена, возвышающаяся над полом на 20 см. На ней выступают ведущая и исполнители в национальных  костюмах. В самом начале представления ведущая рассказывает про народ айну, о татуировках женщин на лице и руках в прошлом. Затем женщины в одинаковых национальных одеждах исполняют народный танец под аккомпанемент  тонкорри. Исполнительница на бамбуковой мукурри или варгане, язычковом музыкальном инструменте, демонстрирует виртуозную игру. Примечателен головной убор мужчин, он сделан в виде венка, сплетенного из ритуальных молитвенных стружек, в лобной части которого укреплена маленькая деревянная головка медведя. Мужчины в национальной одежде исполняют танец с саблями. Такой концерт длится 30 минут и повторяется в течение дня при заполнении дома туристами. Я имел возможность сфотографироваться с исполнителями, которые проявили особый интерес к моей черкеске. В другом доме мы общались с мастерицами, занимающимися плетением айнских циновок. В подарок им я привез наши циновки п1уабле и даже пучок рогоза из Адыгеи для сравнения, а также пообещал прислать им свою книгу по технологии плетения адыгских циновок. 
В Токио нас впечатлил Этнографический музей микрорайона Кото, в котором воссоздан японский городской квартал XIX века по аутентичным материалам. В нём 2 раза в месяц происходят выступления народных исполнителей. При этом концерты запрещено снимать на фото и видеокамеру. Песнопение проходит в комнате средневекового японского дома, исполнители сидят на подушечках, лежащих на  татами, а слушатели сидят как бы на улице, за раздвижными стенками дома. Правила исполнения песен такие же, как и у адыгов. Ведущая исполнительница сначала комментирует историю песни, а затем остальные поют. Так они в течение часа исполняли национальные японские песни, которые никого не оставили равнодушными, в том числе и нас, нескольких европейцев.
Наши гостеприимные хозяева Тангику и Чика предоставили нам возможность посетить знаменитый на весь мир Национальный театр Японии «Кабуки», в котором изначально когда-то выступали женщины, а теперь только мужчины, исполняющие все роли, в том числе  и женские. Об этом можно бесконечно рассказывать. Это целый мир!
- Вы говорили, что посетили так называемый «этнический город айнов» и стали там зрителем выступления исполнителей народной музыки. Как Вы считаете, похожи ли такие выступления с аутентичным исполнением у адыгов, которое в старину представлялось в Хачещ? Стоит ли воссоздать такой вид народного театра в Адыгее? Если да, то при каких условиях это возможно?
З.Г.: У каждого народа своя самобытная музыка, по-своему уникальная. Полагаю, что у нас в Адыгее можно было бы сделать театр традиционного песнопения и инструментальной музыки «Хачещ».  Как известно, в старину у адыгов в каждом ауле были свои музыканты, гармонисты, джэгуако, распорядители праздников, а в каждой усадьбе была кунацкая, дом для гостей, где и исполняли народные песни и музыку. Примечательно, что у айнов собирались в доме вождя, который располагался в самом центре поселения. Сегодня в Адыгее подобный «Хачещ» востребован и для местных жителей, и для туристов. Но для его создания необходимы, прежде всего, финансирование, место под строительство такого театра, средства для обеспечения его постоянной деятельности. Конечно, время упускается, и те, кого я уже подготовил, из-за холодного отношения к народному исполнительству и низкой оценки значения Хачещ для продвижения региона вынуждены заниматься другим. А между тем как исполнители аутентичного пения остаются Заур Нагоев, Казбек Нагароков, Рамазан Дауров, Марина Шхабацева. На базе АРДШИ  создан детский ансамбль «Тыжьын». Уверен, что такой Хачещ способствовал бы росту духовности и  престижа Адыгеи. 
Так, например, в Японии престижно играть на традиционных инструментах, одевать кимоно, заниматься дзюдо. А сейчас, как никогда раньше, надо активно ревитализировать традиционное искусство. Поэтому хотел бы пожелать  молодежи брать с японцев пример отношения к труду.  Например, Майкопский курган – это целое направление. А песнопение и инструментальная музыка адыгов уникальны, как черкеска или адыгская шашка, это настоящая летопись, которая тесно связана с языком, историей и фольклором нашего народа. Все это требует освоения. Естественно, театр аутентичного песнопения «Хачещ» работал бы на престиж Адыгеи.
- Ваша поездка в Японию оставила после себя не только много впечатлений. Вы собрали большой познавательный материал. Планируете ли Вы представить его, а так же Ваш доклад, который Вы сделали в Хоккайдском университете и в Токио, широкой публике? 
З.Г.: Во время посещения Японии нами было собрано много фото-видео и других материалов по культуре  айнов и японцев. Мы обратились в Министерство культуры Республики Адыгея с предложением о публичном отчете о нашей поездке. На самом деле, хотелось бы сделать фотовыставку с показом видеоматериалов. В ближайшее время планирую отобрать самые яркие картины нашего путешествия в Страну Восходящего Солнца. Но пока мы с Раей Унароковой стараемся представить  широко айнов и японцев через местные СМИ, а также встречаясь с молодежной секцией  Адыгэ Хасэ.
- Будете ли Вы продолжать сотрудничество с Центром изучения айнов и коренных народов Хоккайдского университета? И как Вы видите дальнейший диалог двух древнейших в мире культур адыгов и айнов? 
З.Г.: Вы знаете, после взаимных визитов, несмотря на огромное расстояние между нашими странами, мы очень сблизились и подружились. Конечно, мы продолжим сотрудничество. Тем более, что во время поездки президенту Хоккайдского университета господину Нава Тоехиро были переданы из нашей республики приветственный адрес от имени главы Адыгеи Мурата Кумпилова и соглашение о сотрудничестве между двумя университетами от имени ректора АГУ Рашида Хунагова. Так что, диалог культур наших народов продолжается!
- Большое спасибо!
Интервью провела  Фатима  Теучеж
Под редакцией доктора филологических наук Раисы Унароковой
Комментарии к новости
Добавить комментарий
Добавить свой комментарий:
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Это код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите сюда:

«    Декабрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31