Россия / Адыгея / 07 ноябрь 2020

Собиратель и хранитель истории. Материал «СА» о первом директоре Нацмузея Адыгеи

Собиратель и хранитель истории. Материал «СА» о первом директоре Нацмузея Адыгеи
Национальный музей Адыгеи отметил свой 95-летний юбилей. В его создание и становление значительный вклад внесли многие люди и организации. Ключевую роль в истории музея сыграл первый директор Ибрагим Асланбекович Наврузов.

«Говорящие» экспонаты
В 1925 году Общество изучения Адыгейской автономной области (членом правления, а также секретарем которого был Наврузов) разработало «Правила для собирания этнографического материала, фольклора и археологических памятников, бытоописующих настоящее и прошлое жизни населения нынешней ААО». Это была своего рода программа с подробными инструкциями методов сбора материала и приемов работы с населением. Наврузов поставил перед собой задачу «сделать Адыгейский областной музей наглядной образовательной книгой по истории и быту адыгейского народа».
Удивительно, что человек, который никогда не обучался профессионально музейному делу, сумел четко определить принцип музейной собирательской деятельности: хотя земля — это и богатейший в мире музейный фонд, Наврузов лишь в самой незначительной степени призвал себе на помощь археологию, упор же сделал на сборе предметов быта исторического характера, «опасность исчезновения которых больше, чем предметов, хранимых землей».
Выбор приоритетного направления был обусловлен внутренней политикой государства: Наврузов понимал, что в стране, проводящей индустриализацию, коллективизацию, культурную революцию, быстро разрушится традиционный уклад жизни. И действительно, ряд собранных Наврузовым предметов: элементы одежды, орудия труда, оружие — уже через несколько лет исчезли из быта и при всем желании их уже нельзя было приобрести. Например, адыгский девичий корсет (бгъэчапх), который неоднократно выставлялся в экспозициях Национального музея, — один из трех хранящихся в музеях мира.
При участии Наврузова в музее появились натухаевское и шапсугское знамена, предметы вооружения периода Средневековья, рубашка-оберег темиргоевского князя Болотокова (середина XIX века), адыгские лыжи и другие экспонаты. Также он собрал первую коллекцию адыгских женских шапочек. Сам Наврузов так говорил о проделанной работе: «За короткое время... собран большой научный материал: по этнографии (собраны) предметы уходящей черкесской культуры, фотографии и предметы религиозного культа, а по истории — картины, фотографии с рисунков событий и лиц, прошлого Черкесии, а также и снаряжение воинов».
Кропотливая работа
В первую очередь судить о работе музея нужно по отзывам посетителей. Многочисленные гости музея оставили восторженные комментарии. «За короткое время музей приобрел столько ценных экспонатов, что заставляет думать, будто он существует не один десяток лет и в музее работает большой штат людей. 09.03.1935», — написал бывший председатель Адыгейского районного военно-революционного совета в 1918 г. и председатель фронтового съезда Кубанской революционной армии Ищенко (Наврузов был единственным сотрудником музея в те годы).
«…Музей молодой, находится пока в периоде начального собрания материала, но уже сейчас он сумел создать собрание, мимо которого не сумеет пройти исследователь культуры адыгского. С исключительной полнотой собран этнографический материал», — отметил помощник хранителя Государственного Эрмитажа А.Нессере в 1928 г.
Лучшие экспонаты лично были собраны Наврузовым в районных экспедициях. Многие из них были приобретены у населения на средства Общества изучения ААО либо получены в дар. Наврузов вел неутомимую работу, обращался в различные музеи страны с просьбой вернуть или хотя бы переслать копии материалов, имеющих отношение к черкесам. Одними из первых на просьбы ответили Главнаука Грузии и Общество истории и этнографии Грузии. Они передали такие бесценные реликвии, как адыгские знамена, шашку «волчок», поднесенную убыхами наместнику Кавказа в 1864 году, картины Рубо.
Из Новороссийского и Кубанского окружного музеев было передано некоторое количество черкесского оружия; от Русского исторического музея поступил великолепный альбом Т.Горшельта, включающий 5 выпусков. Но эти дары поступили в музей лишь после неоднократных просьб, ходатайств с подключением государственных органов и лично товарища Хакурате. Инициатором всех этих обращений был Наврузов. Он заранее выявлял по каталогам и отчетам ведущих музеев страны интересующие экспонаты. Эта работа требовала большой настойчивости, так как музеи не спешили расставаться с уникальными экспонатами. И все же благодаря титаническим усилиям Наврузова к 1937 г. фонды музея насчитывали 2817 экспонатов.
Будни музея
Другое направление музейной деятельности — это выставки. Ведущим принципом экспозиционной деятельности Ибрагим Асланбекович для себя определил наглядность и научность. «Человеческий ум построен таким образом, что легче воспринимает тогда, когда эти знания даются наглядным образом. Вот и музей стремится заменить книгу другим способом, давая возможность получить тоже неоспоримые научные знания путем наглядного и строго определенного сопоставления целого ряда предметов, общий осмотр которых дает знания», — писал На­врузов. Посетители отметили это. В первый год существования музея его посетили 2555 человек, а уже с октября 1929-го по октябрь 1930 г. — 14571 человек. В музейном архиве сохранились заявки на экскурсионное обслуживание пионеротряда табаксовхоза Горяче-Ключевского района, Полковой школы Краснодара, допризывников из а.Джерокай, студентов Кубанского мединститута и т.д. Музей стал любимым местом студентов Адыгейс­кого педагогического техникума и Адыгейской советской партийной школы.
Наряду с созданием экспозиции по истории и культуре адыгов, чему Наврузов отдавался всей душой, он организовывал выставки в духе времени. Названия этих выставок говорили сами за себя: «Киров», «Героическая Испания», «Ворошилов», «Комсомол», «Сталинская Конституция».
Совместными усилиями
Наврузов вел и большую научную деятельность. В своей автобиографии он скромно указал, что им составлен сборник «Известия иностранцев о черкесских, абхазских племенах, Черкесии (Адыгеи) и Абхазии с древнейших времен до 1800 года» (выдержки из трудов 120 авторов с краткими их биографиями); составлен «Библиографический указатель дореволюционной литературы о черкесо-абхазских племенах, Черкесия (Адыгея) и Абхазия. Указатель содержит 1795 названий на русском языке и отдельно 134 названия на иностранных языках». Но этим трудам давали высокую оценку крупнейшие кавказоведы.
В 1929 году вышел, возможно, главный труд Наврузова «Адыгейский областной музей». Сегодня это издание — библиографическая редкость.
Из автобиографии Наврузова мы узнаем, что им были собраны и зарисованы тамги черкесов Адыгейской автономной области в количестве 198 экземпляров и они им же научно описаны; описаны «Историко-революционные памятники ААО» (в границах обл. 1935 г.). Он много работал в архивах Краснодарского края, откуда переписывал материалы по истории адыгов в ХIХ веке, составил карты административно-территориального деления Черкесии, записывал воспоминания очевидцев разных событий. В фондах Национального музея сохранились некоторые его записи — поражают его трудолюбие, скрупулезность, если хотите, педантичность — ценнейшие качества музейного сотрудника.
Наврузов любил книги, поэтому при музее была создана библиотека. Если в первый год в библиотеке насчитывалось всего 76 книг, то к 1937 году — уже 3323 книги. Это были уникальные издания — биб­лио­графические редкости, которые почти сто лет востребованы читающей публикой. Одним из источников поступления книг был обмен. К 1932 году Адыгейский музей состоял в обмене со многими учреждениями — «была установлена связь музея с 303 научными учреждениями и обществами ССР и даже с заграницей, с черкесско-просветительским комитетом и редакцией черкесской газеты «Мардж».
В интересах музея Наврузов с первых дней сотрудничал с художниками. Так, в 1926 году он заказал местному художнику И.Жильцову картину «Черкесы-выселенцы в Новороссийской бухте в 1864 г.». Работал Наврузов и с репрессированным впоследствии художником И.Коваленко (в 1950-е годы его рисунки были изъяты из музея). Во время первых экспедиций музея в конце 1920-х годов Коваленко сделал 36 зарисовок адыгских типов карандашом.
Страшное известие
Последняя страница музея, связанная с именем Наврузова, — это подготовка и переезд в Майкоп. В 1936 году Майкоп стал центром ААО, и вполне закономерно в Майкоп из Краснодара переезжали государственные учреждения и организации. 
Адыгейский историко-этнографический музей был объединен с Майкопским районным краеведческим музеем природы, одним из старейших музеев Северного Кавказа, основанным в 1909 году по инициативе П.Перепелицына и X.Шапошникова.
В результате реорганизации музей был переименован в Адыгейский краеведческий музей, в котором, помимо отделов истории и этнографии, появился отдел природы.
Но радостные события в жизни музея были омрачены неожиданной вестью: Наврузов был арестован. Прокатившаяся по стране волна репрессий не обошла стороной и Адыгейскую автономную область. Наврузова обвинили в соучастии в деятельности контрреволюционной организации и приговорили к двадцати годам лишения свободы в исправительно-трудовых лагерях, где он погиб 12 марта 1943 года. Реабилитирован посмертно.
  Источник: Газета Советская Адыгея
Loading...
Комментарии к новости
Добавить комментарий
Добавить свой комментарий:
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Это код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите сюда:
Экономика Происшествия

«    Декабрь 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031 
х